Франция: политическое положение на 4 декабря 2018 г.

После проведения Парижского форума мира французское правительство подверглось внутреннему и внешнему давлению, цель которого — изменить внутренний курс и внешнеполитические приоритеты, заставить сойти с позиции принятия многополярного мира. Это обострило разногласия во французской элите.

Движение «желтых жилетов» вынудило правительство Франции вносить коррективы в намеченную программу экологического перехода. В результате представленные 27 ноября Э. Макроном мероприятия распались на два блока — мероприятия, намеченные ранее и реакция на внутренние выступления. Президент объявил о «большом диалоге на местах по экологическому и социальному переходу», который должен позволить через три месяца отреагировать на выступление «жёлтых жилетов» путём выработанных решений и методов их реализации. В диалоге властей и общественности должны участвовать представители ассоциаций, выбранные должностные лица, а также представители «жёлтых жилетов».

Выступая с перспективной (до 2028 — 2035 гг.) программой по энергетике, президент отметил, что он привержен политике сокращения выработки электроэнергии атомными станциями до 50% от общего количества вырабатываемой энергии, но полностью АЭС закрыты не будут.  «Ядерная энергетика позволяет нам получать низкоуглеродистую и недорогую энергию», — пояснил он. Финансирование развития возобновляемой энергии сейчас обходится в 5 млрд евро, а в последующие годы достигнет 7-8 млрд. К 2030 году, по словам Макрона, произойдёт утроение мощностей наземных ветровых турбин, а мощности фотовольтаики увеличатся в пять раз. «Мы сосредоточены на разработке наиболее конкурентоспособных возобновляемых источников энергии, и поскольку мы следим за покупательной способностью французов, мы будем требовательны к профессионалам по снижению затрат», — сказал глава государства.[1]

Наряду с представленной программой экологического перехода, подготовленной ранее, президент Франции был вынужден реагировать и на текущую ситуацию. На том же заседании правительства он анонсировал создание Высшего совета по климату как ответ на движение «желтых жилетов». Этим он хотел увязать энергетическую стратегию и транспортную политику, поскольку по мысли правительства, эти вопросы взаимосвязаны. Эмманюэль Макрон должен создать Высший совет по климату для обеспечения сохранения экологического курса государственной политики, а также представить «стратегию и методологию экологического перехода вместе с Национальным советом по экологическому переходу  (Conseil national de la transition écologique (CNTE))».[2]

Представитель правительства Бенжамен Гриво, который передавая выступление Э Макрона на Совете министров, сказал: «Наш ответ [“желтым жилетам»] будет носить глобальный характер, он будет касаться улучшения системы образования во Франции, создания такой Франции, где люди будут продвигаться по социальной лестнице в соответствии со своими заслугами, создания Франции труда».[3]

Таким образом, словами Гриво была обозначена смена внутренней политики Франции.

Однако реагировать пришлось быстрее. 4 декабря премьер-министр страны Эдуар Филипп провел встречу с парламентской фракцией правящей партии «Республика на марше» при закрытых дверях. По итогам консультаций он обратился к согражданам в прямом эфире, сообщив о том, что правительство приняло решение ввести мораторий на наиболее критикуемые меры. В частности, речь идет о том, что власти не будут повышать в ближайшие полгода налоги на автомобильное топливо, электричество и газ и временно откажутся от введения новых и более дорогостоящих правил технического контроля автомобилей.[4]

Внешняя политика страны после проведения Парижского форума мира двигалась в направлении создания европейской «империи», большей интеграции стран ЕС. Такое движение, по мысли Э. Макрона, требует глубокого реформирования Евросоюза.[5]  Определённым шагом в этом направлении могла бы стать отмена принципа единогласия при принятии решений. «Я за изменение договоров, мы достигли того момента, когда это нужно сделать. Мы не должны бояться, но мы должны также иметь в виду, что тот, кто выступает против, больше не может блокировать других», — сказал президент Франции перед студентами Лувенского университета. По мнению французского лидера, «большая ошибка, которую мы сделали за последние пять-десять лет, заключается в том, что мы всегда хотим все решить на уровне 28-ми, а завтра, может быть, на уровне 27-ми после Brexit». Макрон пояснил, что вектором интеграционных процессов в ЕС должно стать разделение стран-членов сообщества на тех, кто выступает за более продвинутые формы интеграции, и тех, кто на данном этапе к этому не готов. «Европе нужны две-три скорости», — сказал он.[6]

Идея создания европейской армии и её направленность выявили противоречия во французской элите. Мнение о том, что создание единой армии ЕС необходимо для борьбы со сторонниками идеи национальных суверенитетов, выраженное газетой, близко стоящей к группе Аньели в Италии (гиперссылка на http://events21.ru/soobshheniya-i-stati/italiya-politicheskoe-polozhenie-na-21-noya.html), косвенно подтвердил  Э. Макрон. Выступая 19 ноября в Берлине он  сказал: ««Наша задача — обезопасить Европу от кризиса во времена нового национализма. Мы обязаны сделать это для Европы. Европа и немецко-французский дуэт внутри нее не должны позволить, чтобы мир погрузился в хаос».[7]

Однако сама идея франко-германской армии вызвала неприязнь у групп, ориентирующихся на либеральную модель глобализации, в частности, у группы Бернара Арно — Ксавье Ньеля. В редакционной статье от 25 ноября газета «Le Monde» отмечала: «…Берлин и Париж придерживаются разной логики, когда говорят о европейской армии. Ангела Меркель выступила в Страсбурге за ее формирование, однако названная ею причина говорит о многом: война между европейцами станет невозможной. Это отражает традиционную немецкую концепцию, по которой безопасность предполагает политическую интеграцию. Таким образом, Берлин стремится сформировать европейскую армию не для защиты Европы, а для сохранения «европейского дома». Сейчас, когда европейский проект оказался под вопросом в связи с Брекситом, а также ситуацией в ряде других стран, от Италии до Польши, сохранение ЕС становится еще более важной задачей. Для канцлера европейская армия представляет собой один из способов продолжения интеграции. То есть, Берлин нацелен в большей степени на интеграцию, а не оборону. ….Берлин не считает, что сейчас подходящее время для продвижения такого проекта. Ангела Меркель и министр обороны Урсула фон дер Ляйен  поняли необходимость отреагировать после заявлений Макрона. Официально они сделали это, чтобы поддержать президента Франции (к этому обязывает дружба двух стран), однако на самом деле они стремились закрыть вопрос. В Германии опасаются, что слишком активная поддержка европейской обороны может быть воспринята как сомнения в отношении НАТО или как критика США. Это было бы слишком рискованным шагом с точки зрения Германии, которая считает, что в военном плане Европа зависит от США, что те остаются, несмотря ни на что, ключевым партнером. Сколько бы Меркель ни говорила о том, что европейцам нужно активнее взять свою судьбу в собственные руки, сохранение трансатлантических отношений остается центральной задачей  Германии.

…армия потребовала бы тесного политического союза европейских государств. Это могло бы осуществляться в рамках ЕС или вневедомственных структур. Такое политическое образование определило бы свои оборонные приоритеты и критерии применения силы. Европейская армия служила бы для защиты сообщества и его интересов. Национальные интересы и особенности отошли бы на второй план. В такой перспективе, Франции и Германии было бы трудно договориться, как по составу политического сообщества, так и по восприятию стоящих перед ним рисков. Общая европейская военная стратегия потребовала бы договоренности по задачам и формированию интегрированных сил. Более широкие возможности для европейского действия означали бы большую взаимозависимость в Европе и ограничение суверенитета. Больше Европы — меньше собственной нации».[8]

Но наиболее заметны элитарные противоречия стали в связи с событиями в Керченском проливе. И если «Le Monde» откровенно встаёт на сторону Украины,[9] то близкая к группе Дассо “Le Figaro” высказывается гораздо осторожнее. 26 ноября в статье «Опасное обострение украинского конфликта» она пишет: «Нынешний инцидент не назвать критическим, поскольку он обошелся без жертв и потопленных кораблей. Тем не менее, все могло быть куда хуже. Он напомнил нам, как опасно пускать на самотек ситуацию с украинским конфликтом. Аннексия Крыма в марте 2014 года прошла бескровно, но две войны в Донбассе (лето 2014 года и начало зимы 2015 года) между украинской армией и пророссийскими мятежниками из Донецкой и Луганской областей (они получали поддержку в результате тайного вмешательства российских сил) унесли 10 000 жизней. Этот конфликт между православными братьями из связанных друг другом семей так же абсурден, как если бы сейчас у нас началась война между бретонцами и нормандцами. …Как в Москве, так и в Киеве, власти, судя по всему, увязли в спирали националистической горячки. Украинцы мечтают о массированной американской военной помощи, которая позволила бы их армии молниеносно отвоевать Донбасс вроде того, чего добилась Хорватия 4 августа 1995 года, заполучив Краину и заставив бежать сербское население. Россияне же озабочены идеей дальнейшего расширения НАТО на восток. Они хотят остановить его раз и навсегда. Отрезанная украинская территория не может вступить в ряды альянса, считают они. В историческом плане, стратегическая доктрина России всегда рассматривала Украину как заслон на пути западного вторжения (поляков, шведов, французов, немцев). Россияне обвиняют Запад в несоблюдении (устного) обещания, которое дал Буш-старший Горбачеву на Совещании по безопасности и сотрудничеству в Европе 20 ноября 1990 года в Париже: речь шла о нерасширении НАТО на страны ОВД после согласия Москвы вывести войска. Украинцы движения «Майдан» в свою очередь хотят вступления страны в НАТО и ЕС. Накопление такой фрустрации с обеих сторон может стать взрывоопасным. Конфликт в Донбассе — это нарыв, который отравляет все международные отношения. После принятия Западом жестких санкций Россия отказывается сотрудничать с ним по другим мировым кризисам. И формирует противоестественный альянс с Китаем.

Войны зачастую начинаются с территориальных споров, которые впоследствии покажутся незначительными их бывшим участникам. Необходимо в срочном порядке созвать новое Совещание по безопасности и сотрудничеству в Европе, чтобы обсудить острые вопросы: расширение НАТО, кибервойны, неприкосновенность границ, военные учения. Все понимают суть возможной сделки: отказ Вашингтона от расширения НАТО и отход Москвы от старой доктрины «сфер влияния». Единственные неизвестные в этом уравнении — дата и число жертв, которое потребуется, чтобы прийти к решению»..[10]

Заменой принятия Францией модели многополярности и действий с позиции одного из центров силы («полюсов») может стать участие в новом блоковом противостоянии. На эту мысль наводит статья под названием «Комитет по спасению мирового порядка» в журнале «Foreign Affairs», который издаёт Совет по международным отношениям.

В статье констатируется: «порядок, диктовавший мировую политику после конца Второй мировой войны, рушится. Ревизионистские силы, такие как Китай и Россия, желают переделать мировые правила себе на пользу. Восходящие державы, к примеру Бразилия и Индия, наслаждаются привилегиями великих держав, но избегают присущей им ответственности. Страны-изгои, такие как Иран и Северная Корея, пренебрегают чужими правилами. В то же время, международные организации, такие как ООН, не справляются с проблемами, которые появляются быстрее, чем их возможно разрешить. Последний нарушитель, однако, оказался неожиданным: Соединенные Штаты Америки — та самая страна, которая боролась за создание текущего порядка.

Спустя семьдесят лет после формирования доктрины Трумэна, в которой тот заложил основные принципы международного порядка, призванного положить конец геополитической гонке за выживание, которая привела ко Второй мировой войне, другой американский президент, Дональд Трамп, переворачивает страницу. Он поставил под сомнение оборонные обязательства Вашингтона по отношению к своим союзникам, бросил вызов основам международной торговли, отказался рассматривать развитие свободы и демократии как ключевые черты внешней политики США и отрекся от мирового лидерства Америки. Неприятие Трампом американской геополитики, Америкой же изобретенной, шокировало многих друзей и союзников Вашингтона. Их первоначальные надежды на то, что он оставит свою предвыборную риторику и станет придерживаться традиционной внешней политики, не оправдались. Наблюдая, ка Трамп выбрасывает за борт старые способы ведения дел, союзники прошли через первые стадии скорби: отрицание, гнев, торг и депрессию. Как правило, за ними следует смирение. Однако конец этой истории вовсе не обязательно будет именно таким».

Далее авторы статьи предлагают: «Главные партнеры Соединенных Штатов могут привлечь свой общий экономический и военный потенциал для спасения либерального мирового порядка. Франция, Германия, Италия, Великобритания и страны Евросоюза в Европе; Австралия, Япония и Южная Корея в Азии; Канада в Северной Америке являются очевидными кандидатами на пост лидера, покинутый администрацией Трампа. Вместе они составляют крупнейшую экономическую силу в мире, а их общий военный потенциал уступает только американскому. У такой G9 должно быть два императива: сохранить нормативную систему в надежде на то, что преемник Трампа восстановит лидерство Вашингтона, и заложить фундамент для самой возможности такой преемственности. Такая сдерживающая мера потребует от участников «девятки» взять на себя большую глобальную ответственность. Они все на это способны и нуждаются только в мотивации.

Начать можно с экономического сотрудничества, ведь участники девятки уже создают альтернативы торговым договорам, расторгнутым Трампом. Но им придется пойти еще дальше, расширив военное сотрудничество и траты на оборону, и, используя различные доступные им инструменты, занять место США как защитника и вестника демократии, свободы и прав человека по всему миру. Если «девятка» воспользуется этой возможностью, ее члены не только замедлят разложение порядка, служившего верой и правдой многие десятилетия, но также подготовят сцену для возвращения американского лидера, соответствующего их интересам и необходимого для сохранения порядка. Несомненно, действуя сейчас, «девятка» заложит основы более стабильного  и крепкого мирового порядка, такого, который лучше подходит для сегодняшнего расположения сил чем в прошлом, когда США имели неоспоримое глобальное превосходство.

…Друзья и союзники США с «девяткой» во главе должны действовать амбициознее. Им следует сосредоточиться на работе не с Вашингтоном, а без него, а при необходимости, и вопреки ему. Как выразился немецкий министр иностранных дел, выступая перед японской аудиторией в Токио в прошлом июле: «Если мы сосредоточим свои силы… мы можем стать чем-то вроде «законодателей», создавая международный порядок и управляя им, что так остро нужно миру в настоящий момент».

…Сотрудничество в сфере безопасности не будет легким. У европейских партнеров уже имеются необходимые механизмы сотрудничества в НАТО и ЕС, но они мало тратят на оборону. Азиатские партнеры вкладываются в оборону значительнее, но у них отсутствует эквивалент НАТО или ЕС. Но если участникам «девятки» удастся сдержать свои обещания по вкладам в безопасность, их потенциал будет трудно недооценить. Страны «девятки» обладают военной мощью, уступающей только США. В 2017, «девятка» потратила более 320 миллиардов долларов на оборону, или как минимум на треть больше Китая и в четыре раза больше России. Каждый участник входит в список из пятнадцати стран с наибольшими тратами в военной сфере  …Для того, чтобы большая «девятка» смогла функционировать как единое целое, когда речь идет о безопасности, странам Европы и Азии придется сотрудничать напрямую. И хотя крупные европейские державы вряд ли смогут взять на себя центральную роль в обороне Азии, они в состоянии делать больше. Угроза, исходящая от Северной Кореи, уже давно беспокоит столицы европейских держав, поэтому европейские силы продолжают оставаться в составе командования ООН, созданного в начале Корейской войны. Китай также вызывает серьезную озабоченность. Европа крайне заинтересована в обеспечении открытого судоходства во всем Азиатско-Тихоокеанском пространстве, а также в поддержании баланса сил. Укрепление оборонных связей между Европой и Азией может служить в качестве противовеса росту Китая. Во время визита в Сидней в мае 2018 года президент Франции Эмманюэль Макрон имел ввиду именно это, призывая к альянсу между Австралией, Францией и Индией, заявив: «Если мы хотим, чтобы Китай уважал нас и видел нас как равного партнера, мы должны объединиться».

Для эффективности большой «девятке» потребуется формальное учреждение в том или ином виде. Ежегодные саммиты лидеров и регулярные встречи министров обороны, иностранных дел и многих других будут необходимы для усиления значения организации. Большая «девятка» также может сформировать неофициальную группу в международных учреждениях, таких как ООН, ВТО и Большая двадцатка. Укрепляя официальные связи и сотрудничество, большая «девятка» не должна выглядеть закрытой группой, а наоборот, должна идти навстречу участию и поддержке других стран-единомышленников, включая Соединенные Штаты. Целью должны быть поддержание и обновление существующего порядка, а не создание нового частного клуба.

…К счастью, доктрина «Америка прежде всего» не обязательно станет будущим Америки. Напротив, этот шаг назад может служить напоминанием Вашингтону и его союзникам о том, с какой целью существующий порядок был изначально установлен. Действительно, возобновив укрепление такого мироустройства, и разделив бремя всемирного лидера, большая «девятка» не только сохранит порядок, но и заложит более устойчивое и живучее основание. Результатом станет то, к чему стремились многие лидеры США — равноценное сотрудничество с европейскими и азиатскими союзниками, в котором каждый вкладывает свою долю и высказывает свое мнение о том, как должен выглядеть порядок, необходимый для успешного преодоления препятствий.[11]

Будет ли статья в «Foreign Affairs» директивой для французского президента или останется просто текстом станет ясно позже. Пока, как например, отмечает испанская газета El Pais, Эмманюэль Макрон позиционирует себя как альтернативу Трампу. На саммите «большой двадцатки» в Буэнос-Айресе он попытался выступить в роли международного лидера сторонников глобализации, свободной торговли, либерализма и, прежде всего, борьбы с глобальным потеплением — всего того, что отвергает президент США.[12]  Как сообщает Агентство LaPresse, которое цитирует французский источник, присутствовавший на саммите, президент Эмманюэль Макрон пытался организовать фронт против Трампа с отдельным заявлением, поддерживаемым «прогрессивными странами».[13]

Э. Макрон оказался лидером оппозиции скорее поневоле, в силу обстоятельств, чем в результате разворота на новый курс. Подтверждением тому могут служить слова, сказанные французским президентом относительно того, что он не намерен вносить изменений в выбранный курс социально-экономической политики, несмотря на протесты в стране. 29 декабря вечером в Буэнос-Айресе (Аргентина), выступая перед местной французской общиной накануне саммита «Большой двадцатки» Макрон заявил: «Я вижу проявления законного недовольства, вижу нетерпение людей, страдания части населения [Франции], которая хочет жить лучше. Мне предстоит в ближайшие недели принять дополнительные решения [в сфере социально-экономической политики], однако они никоим образом не будут представлять из себя шага назад. Напротив, они будут отличаться еще большей интенсивностью, на что нас подвигает возникшее в стране движение». Макрон заверил, что «решительно продолжит продвигаться выбранным курсом, не поддаваясь, однако, на демагогию и не отказываясь от амбициозных целей».[14]

В пользу сохранения курса на строительство европейской «империи» свидетельствует также заявление министра экономики и финансов Франции Брюно Ле Мэра о растущем согласии министров стран зоны евро поддержать франко-германскую инициативу о создании общего бюджета. Соответствующее заявление министр сделал по прибытии на заседание Еврогруппы в Брюсселе. «Я думаю, что консенсус по поводу создания общего бюджета Еврозоны расширяется, — сказал он. — Мы сделали вполне ясные предложения с [министром финансов Германии] Олафом Шольцем по поводу создания этого бюджета». Ле Мэр выразил убеждение, что без общего бюджета ЕС евро не может считаться сильной международной валютой.[15]

Действительно, 4 декабря министры финансов 19 стран зоны евро достигли соглашения по реформированию еврозоны. Как заявил председатель Еврогруппы Марио Сентено, реформирование будет касаться, в частности, бюджета. «Франция и Германия предложили новую архитектуру бюджета еврозоны», — отметил он. Кроме того, было достигнуто согласие по вопросам усиления Европейского стабилизационного механизма (ESM) и закрытия кризисных банков. Общий бюджет еврозоны, которого добиваются Франция и Германия, будет обсуждаться дальше при согласии глав государств и правительств. Французский министр Брюно Ле Мэр заявил о «важном шаге, который значительно укрепит еврозону». Соглашение сделает ESM «реальным, еще более эффективным кризисным инструментом». Кроме того, впервые министры обговорили реальную перспективу создания общего бюджета еврозоны. О результатах этой встречи будут проинформированы главы государств и правительств ЕС на саммите 13-14 декабря. На нем, как ожидается, будут утверждены окончательные решения по реформированию.[16]

Брюно Ле Мэр также выступил за снижение налогов в стране за счет сокращения государственных расходов. «Больше государственных расходов, больше долг, и, наконец, больше налоги — такова злая реальность последнего десятилетия. Да, налоги стали поводом для насилия, да, работа оплачивается недостаточно хорошо во Франции, но мы обратились к политике, которая позволит нам лучше оплачивать работу. Зарплаты будут выше — это красная черта нашего экономического выбора», — сказал он на пресс-конференции 3 декабря после массовых акций протеста движения «желтых жилетов». «Как следствие, сейчас необходимо ускорить снижение налогов, — пояснил Ле Мэр. — Но для этого потребуется ускорить снижение госрасходов. И мы решили придерживаться этого [направления] — меньше госрасходы — меньше налоги. Это условие восстановления Франции, это условие для процветания всех французов».[17]

Снижение государственных расходов ударит, скорее всего, по социальным программам, что может вызвать новый виток напряженности во французском обществе.

Таким образом, сейчас можно говорить о том, удастся ли сохранить Франции социал-либеральную модель внутреннего развития под напором движения «желтых жилетов», фактически требующих возврата к социал-демократической модели развития, и будет ли страна стоять на принципах многополярности мира во внешней политике.

 

[1]    https://www.lemonde.fr/politique/article/2018/11/27/transition-energetique-et-gilets-jaunes-ce-qu-il-faut-retenir-du-discours-de-macron_5389274_823448.html ;

https://www.lemonde.fr/societe/article/2018/11/27/gilets-jaunes-et-loi-energie-macron-doit-devoiler-sa-strategie_5389144_3224.html

[2]    http://www.lefigaro.fr/politique/2018/11/26/01002-20181126ARTFIG00296-gilets-jaunes-macron-contraint-de-monter-au-front-pour-deminer-le-conflit.php

[3]    https://tass.ru/mezhdunarodnaya-panorama/5836347

[4]    https://tass.ru/mezhdunarodnaya-panorama/5870920

[5]             https://ria.ru/world/20181125/1533457832.html =

[6]             https://ria.ru/world/20181121/1533227087.html

[7]    https://inosmi.ru/politic/20181120/244045131.html

[8]    https://inosmi.ru/politic/20181128/244112115.html

[9]    https://inosmi.ru/politic/20181129/244124882.html

[10]  https://inosmi.ru/politic/20181128/244107761.html

[11]  https://inosmi.ru/politic/20181127/244101065.html

[12]           https://regnum.ru/news/polit/2529171.html

[13]  http://www.ilgiornale.it/news/mondo/g20-macron-guida-fronda-anti-trump-usa-pronti-strappo-1609810.html

[14]  https://tass.ru/mezhdunarodnaya-panorama/5854506

[15]  https://tass.ru/ekonomika/5865231

[16]  https://tass.ru/mezhdunarodnaya-panorama/5867672; https://regnum.ru/news/polit/2531099.html

[17]  https://tass.ru/ekonomika/5863721

Добавить комментарий

Your email address will not be published.